Мечта об Острове очень быстро начинает пахнуть лабораторным спиртом.
В стерильном комплексе люди просыпаются по расписанию, едят то, что им разрешили, носят одинаковую белую одежду и ждут выигрыша в лотерею. Победителю обещают Остров: зелёное место за пределами заражённого мира. Последний кусок нормальной жизни.
Линкольн Шесть-Эхо сначала просто плохо вписывается в этот порядок. Он видит странные сны. Замечает насекомое, хотя насекомых в герметичном мире быть не должно. Спрашивает, куда на самом деле уходят победители. Его сомнение начинается с мелкой занозы в голове: если всё вокруг устроено идеально, почему от этой идеальности так тесно?
Ответ оказывается простым. Жители комплекса — клоны богатых людей. Их вырастили как личный запас органов. Одному спонсору понадобится новая печень. Другому — кожа. Третьему — ребёнок, выношенный копией. Лотерея оказывается красивой ширмой для операционной.
Самая страшная сцена фильма строится почти буднично. Человек радуется выигрышу, верит, что его ждёт награда, идёт по коридору с лицом счастливчика. Через несколько минут он лежит на столе. Над ним горит хирургический свет. Врач просит инструмент. Команда работает спокойно и деловито. Никто не злодействует театрально. Никто не произносит речь про власть и деньги. Система просто выполняет заказ.
Фильм показывает убийство, которое выглядит как медицинская услуга. Чужая жизнь здесь заранее внесена в смету. Совесть растворена в бумагах, рекламе и обещании клиенту: ваш клон не страдает, он ничего не понимает, он почти вещь.
Побег Линкольна и Джордан переводит историю в режим большого шумного боевика. Майкл Бэй гонит героев через город, разбивает машины, поднимает уровень шума до металлического скрежета. При этом динамика служит понятной цели: герои впервые попадают в настоящий мир и не знают его правил. Они бегут от охраны. Ещё сильнее они бегут от роли, которую им назначили до рождения.
Визуально фильм хорошо держится на столкновении стерильного комплекса и живого города. Внутри лабораторного рая всё отполировано до состояния рекламного буклета. Снаружи люди толкаются на улицах, машины режут поток, витрины светят слишком ярко, воздух кажется грязным уже потому, что он настоящий. Слишком аккуратный мир, где человек существует до первого медицинского запроса.
Сегодня «Остров» смотрится интереснее, чем могло казаться в 2005 году. Тема продления жизни стала ближе к повседневному разговору. Богатые люди всё активнее покупают себе здоровье. Затем захотят купить молодость. Затем время. Фильм доводит эту мечту до формулы: если можно купить дополнительную жизнь, кто окажется внутри этой покупки?
Картина местами прямолинейна. В ней много беготни и зрелищных разрушений. Философская тревога первой половины могла бы звучать дольше и тише. Центральный образ переживает весь шум: где-то живёт твоя копия, завтракает утром, заводит дружбу, влюбляется, ждёт счастливого билета и однажды узнаёт, что её создали для твоей операции.
«Остров» цепляет не технологией клонирования. Он цепляет спокойствием людей, которые нашли красивый язык для старого желания: жить за счёт чужого тела и считать это нормальной сделкой.
